Бензин есть на 28% АЗС? Что на самом деле означает эта цифра

По данным «Известий» со ссылкой на пользовательский мониторинг «ГдеБЕНЗ», на 16 августа показатель наличия топлива составлял 28,1%. Цифра быстро разошлась в формулировке «бензин остался только на 28% заправок России», но такой вывод из этих данных сделать нельзя. Методика агрегированного показателя публично не раскрыта, а сам сервис предупреждает: его статусы создают пользователи, и он не гарантирует их достоверность.

При этом перебои с наличием топлива подтверждаются и другими источниками. Reuters 17 августа сообщил об ограничениях на продажу топлива как минимум в 10 регионах и зафиксировал отсутствие бензина на части АЗС Московской области. По подсчетам Reuters на основе данных Петербургской биржи, с начала августа продажи бензина снизились в среднем примерно на 20% по сравнению со второй половиной июля.

Возникает парадокс: средняя цена бензина по России может даже снижаться, а нужной марки на конкретной заправке при этом может не быть. Эти показатели измеряют разные стороны рынка.

Данные о ценах и состоянии топливного рынка актуальны на 18 августа 2026 года. Наличие топлива на конкретных АЗС может меняться в течение дня.

«ГдеБЕНЗ» — краудсорсинговый сервис: данные о наличии топлива обновляют сами автомобилисты. На своей странице сервис указывает, что охватывает более 23 000 АЗС, 528 городов и 19 федеральных трасс.

Такая карта полезна как оперативный индикатор, но это не перепись российских АЗС и не официальная статистика запасов топлива.

Поэтому арифметика «100% минус 28% равно 72% заправок без бензина» здесь не работает.

У станции может быть три состояния. На одной водитель недавно подтвердил наличие АИ-95. На другой появилась свежая отметка, что топлива нет. По третьей просто давно никто ничего не сообщал. Последний вариант говорит только об отсутствии актуальных пользовательских данных, а не об отсутствии бензина.

Именно поэтому цифру 28,1% нельзя автоматически превращать в утверждение, что остальные 71,9% станций пусты. Для такой оценки нужна методика, которая отдельно учитывает подтвержденное отсутствие топлива и АЗС, по которым свежей информации просто нет.

Сам показатель можно рассматривать как косвенный сигнал состояния рынка, но не как точную федеральную статистику обеспеченности АЗС бензином.

На первый взгляд перебои с бензином в одном из крупнейших нефтедобывающих государств выглядят парадоксально. Но нефть в скважине и АИ-95 в баке автомобиля — разные продукты.

Цепочка выглядит так: нефть нужно добыть, доставить на НПЗ, переработать в нужные виды топлива, затем бензин должен попасть на нефтебазы, в железнодорожные цистерны или бензовозы и только после этого — на конкретную АЗС.

Если узким местом становится переработка или логистика, дополнительных баррелей нефти недостаточно, чтобы на следующий день заполнить резервуары заправок.

По данным отраслевых источников и расчетам Reuters, в начале июля производство бензина опускалось примерно до 65% среднего сезонного потребления. Производство дизеля находилось примерно на уровне внутреннего спроса, то есть большого запаса предложения тоже не было.

Когда выпуск продукта оказывается ниже обычной потребности рынка, разницу приходится закрывать запасами, импортом, ограничениями экспорта и перераспределением поставок между регионами.

Reuters описывает ситуацию как вторую волну перебоев: к концу июля в части регионов положение стабилизировалось, некоторые ограничения отменили или смягчили, но после новых остановок и снижения загрузки НПЗ проблемы вернулись.

Оренбургская область показывает, как остановка одного крупного предприятия может отразиться на местной рознице. 11 августа Орский НПЗ полностью остановился. По данным Reuters со ссылкой на губернатора региона Евгения Солнцева, восстановление части оборудования может занять до шести месяцев. На тот момент работали около 80% из 287 АЗС региона, а дополнительное топливо пришлось завозить извне.

Остановка одного предприятия не означает автоматический дефицит во всей стране. Но топливный рынок сильно зависит от географии поставок: НПЗ снабжают определенные направления, а быстро заменить их продукцию бензином с другого конца России мешают расстояния, пропускная способность железной дороги, наличие цистерн и нефтебаз.

Поэтому перебои выглядят не как равномерное исчезновение бензина по всей карте. В одном регионе ситуация может быть относительно спокойной, в соседнем вводятся ограничения, а еще через несколько сотен километров топливо есть, но цена заметно выше.

Один из ключевых показателей — не только цена литра, но и то, сколько бензина вообще поступает на рынок.

По подсчетам Reuters на основе данных Петербургской биржи, продажи бензина с начала августа сократились в среднем примерно на 20% относительно второй половины июля.

Сеть АЗС может какое-то время продавать бензин из собственных запасов или получать его по прямым контрактам. Но если через оптовое звено проходит меньше топлива, собственные запасы станций постепенно сокращаются.

Особенно чувствительны к таким перебоям независимые АЗС. Крупные вертикально интегрированные нефтяные компании одновременно производят топливо и владеют собственными сетями. Независимая заправка чаще покупает бензин на стороне.

Российский топливный союз в конце июля сообщал о сложностях независимых АЗС с закупкой топлива по приемлемым ценам, задержках и отменах поставок. В обращении союза также говорилось, что производители в первую очередь обеспечивают собственные сети.

Поэтому независимая станция может оказаться перед выбором: купить небольшую дорогую партию и поднять цену или временно перестать продавать конкретную марку бензина.

Еще в конце июня Reuters фиксировал ситуацию, когда на части независимых АЗС бензин стоил больше 100 ₽ за литр, тогда как станции крупных нефтяных компаний сохраняли значительно более низкие цены, но топливо на них быстрее заканчивалось. Некоторые небольшие партии бензина с быстрой отгрузкой на оптовом рынке продавались примерно вдвое дороже среднего биржевого ориентира.

На практике это может выглядеть так: на одной станции дешевле, но нужного бензина нет, на соседней топливо есть, но стоит заметно дороже.

Цены Росстата при этом могут выглядеть спокойнее ситуации на отдельных АЗС.

По данным Росстата, которые приводит Интерфакс, на 10 августа средняя розничная цена бензина составляла 76,04 ₽ за литр. За неделю она снизилась на 53 копейки. Средний АИ-95 подешевел на 51 копейку — до 78,21 ₽ за литр, АИ-92 — на 60 копеек, до 72,17 ₽.

Одновременно в 28 регионах бензин дорожал, а в 44 дешевел. Наибольший недельный рост был зафиксирован в Тверской области — 6,8%, наибольшее снижение — в Дагестане, на 9,1%.

Средняя цена отвечает на вопрос «сколько стоит бензин там, где его продают», но не отвечает на вопрос «насколько легко его найти».

Если АИ-95 закончился на части станций, а на оставшихся крупных АЗС цена почти не изменилась, средняя статистическая цена может выглядеть спокойно. Проблемы с доступностью топлива проявляются в другом показателе.

Кроме того, недельное снижение не отменяет уже накопленного роста. По данным Росстата, к 10 августа автомобильный бензин в среднем стоил примерно на 17,7% дороже, чем в конце декабря 2025 года, а дизель — на 18,9%.

Поэтому фраза «бензин за неделю подешевел» технически верна, но для семейного бюджета она описывает только короткий отрезок.

Напряжение на рынке видно и по внешним поставкам.

Россия продлила ограничения на экспорт бензина до 31 января 2027 года. Для других видов нефтепродуктов режим отличается, поэтому говорить о едином запрете на экспорт всего топлива некорректно.

Параллельно выросли поставки готового бензина из Беларуси. По данным Reuters со ссылкой на отраслевые источники, в июле железнодорожные поставки достигли 212 000 тонн, что на 13% больше июня. За январь-июль Беларусь поставила России около 665 000 тонн бензина — примерно в 25 раз больше, чем за тот же период 2025 года.

Reuters также сообщил, что в начале августа в Россию поступила партия примерно 68 000 тонн бензина индийского производства.

Эти поставки показывают характер нынешней проблемы. Она связана не с отсутствием сырой нефти как таковой, а с возможностью переработать достаточный объем нефти в нужные виды топлива и доставить их туда, где возникли перебои.

Импорт позволяет закрыть часть разрыва, но это не мгновенный процесс. Топливо нужно доставить в порт или на железнодорожный переход, перегрузить, распределить по нефтебазам, а оттуда развезти по регионам.

Поэтому между решением увеличить предложение топлива и его появлением на конкретной районной АЗС стоит вполне реальная логистика.

Для личных финансов здесь важен второй эффект — стоимость логистики.

По данным Reuters, по оценке представителя отрасли, топливо составляет около 30% расходов грузоперевозчиков. Агентство также приводило оценку, согласно которой в июле ставки автомобильных перевозчиков выросли в среднем на 12-15% относительно июня, а на отдельных направлениях рост доходил до 50%.

Отдельно коммерческий директор Logistic Performance оценивала рост расходов своей компании из-за подорожания топлива примерно в 4,5-5,5%.

Это не означает, что продукты в магазине автоматически подорожают на те же 12-15%. Транспорт — только одна часть конечной цены товара. Но если расходы на логистику долго остаются повышенными, часть дополнительных затрат может постепенно попадать в себестоимость продуктов, стройматериалов, бытовой техники и других товаров.

Связь выглядит так:

меньше переработки -> меньше топлива в опте -> дороже и сложнее доставка -> выше расходы перевозчиков -> дополнительное давление на потребительские цены.

Для семейного бюджета вопрос уже не сводится к цене литра. Имеет значение, насколько долго сохранятся перебои и перейдут ли дополнительные транспортные расходы в цены других товаров.

Число 28,1% заметное, но для оценки ситуации полезнее смотреть сразу на несколько показателей.

Первый — работа НПЗ и объем производства. Возвращение крупных заводов в строй увеличивает физическое предложение топлива.

Второй — объем продаж бензина на бирже. Восстановление после августовского снижения будет более содержательным сигналом, чем отдельная очередь на одной АЗС.

Третий — региональные ограничения. Их отмена может указывать на улучшение местного баланса поставок и спроса.

Четвертый — розничные цены вместе с доступностью топлива. Смотреть только на один из этих показателей сейчас недостаточно.

Пятый — импорт и экспортные ограничения. Если для стабилизации рынка одновременно ограничивают экспорт и увеличивают внешние поставки бензина, это можно рассматривать как признак напряженного баланса предложения и спроса. Это аналитический вывод из текущих мер, а не прогноз того, что перебои обязательно продолжатся.

Если в баке четверть, расходовать ее на проверку пяти заправок подряд — дорогой способ выяснить, где сегодня есть АИ-95.

Практичнее сначала посмотреть несколько ближайших АЗС и время последнего обновления статуса, затем перепроверить информацию по другому источнику и только после этого строить маршрут. Чем свежее пользовательская отметка, тем она полезнее.

Сравнивать стоит не только цену литра. Если ради бензина на несколько рублей дешевле приходится делать большой крюк, часть экономии съест сам маршрут.

С банковским кэшбэком логика такая же. Повышенный процент на АЗС имеет смысл только после проверки лимита вознаграждения, категории операции и исключений. Если вы сравниваете карты, на Финуслугах можно посмотреть условия нескольких банков и выбрать вариант под свои обычные расходы.

А цифру 28,1% лучше воспринимать не как доказательство того, что Россия осталась без бензина, а как один из сигналов напряжения на рынке. Для оценки ситуации полезнее совокупность других данных: снижение биржевых продаж примерно на 20%, перебои минимум в 10 регионах, остановки и снижение загрузки отдельных НПЗ и рост импортных поставок готового топлива.

Совокупность этих данных подтверждает перебои на топливном рынке. Но ситуация заметно сложнее, чем формула «на 72% заправок бензина нет».